Является ли судебная практика источником предпринимательского права

Понятие и виды источников российского предпринимательского права

Источник предпринимательского права – это внешняя форма выражения норм предпринимательского права, т. е. разнообразные способы фиксации, объективирования сложившихся в сфере предпринимательства юридических по своей природе правил.

Выделяют следующие виды источников предпринимательского права:

В настоящее время в научной литературе идет дискуссия по поводу возможности признания судебного прецедента источником права в России. Однако Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ не являются источниками права в России, поскольку она принадлежит к романо-германской системе права, где судебные прецеденты (в отличие от стран англо-саксонской правовой семьи – Великобритании, США) не относятся к источникам права. Но выраженная в постановлениях пленумов и президиумов высших судебных инстанций, обзорах принятых судебных решений судебная практика по делам, связанная с применением норм предпринимательского права, имеет важное значение для выработки единообразного понимания и применения предпринимательского законодательства, подготовки предложений о его совершенствовании.

Нормативно-правовой акт как источник российского предпринимательского права

Нормативно-правовой акт является основным источником права в Российской Федерации. Ниже приведены нормативно-правовые акты, регулирующие предпринимательскую деятельность.

1. Конституция РФ, которая:

  1. закрепляет общие принципы правового регулирования предпринимательской деятельности:
  2. В Российской Федерации гарантируются единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности (п. 1 ст. 8 Конституции РФ);
  3. В Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности (п. 2 ст. 8 Конституции РФ);
  4. Земля и другие природные ресурсы могут находиться в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности (п. 2 ст. 9 Конституции РФ).
  5. Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (п. 1 ст. 34 Конституции РФ).
  6. Не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию (п. 2 ст. 34 Конституции РФ).
  7. устанавливает минимум гарантий прав и интересов участников предпринимательских правоотношений, который не может быть ограничен:

а) равная защита всех форм собственности (п. 2 ст. 8 Конституции РФ);
б) гарантия судебной защиты прав и свобод (п. 1 ст. 46 Конституции РФ);
в) возможность ограничения прав и свобод человека и гражданина только федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (п. 3 ст. 55 Конституции РФ).

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ от 24 июня 1993 г. конституционные права и свободы человека и гражданина распространяются на юридических лиц в той степени, в какой эти права могут быть к ним применимы.

  • закрепляет предметы ведения Российской Федерации и субъектов РФ (ст. 71–73 Конституции РФ).
  • 2. Гражданский кодекс РФ, Налоговый кодекс РФ, КоАП РФ и др.

    3. Федеральные законы, которые можно классифицировать следующим образом:

      Федеральные законы, устанавливающие государственные требования к организации и осуществлению предпринимательской деятельности:

    Федеральные законы, определяющие основные правила устройства и функционирования рынка:

    Федеральные законы, устанавливающие правовое положение хозяйствующих субъектов:

    Федеральные законы, регулирующие отдельные виды предпринимательской деятельности:

    4. Подзаконные акты:

    5. Нормативно-правовые акты субъектов РФ – издаются законодательными и исполнительными органами субъектов РФ в пределах установленной ст. 71–73 Конституции РФ компетенции и не могут противоречить федеральному законодательству.

    6. Муниципальные правовые акты – принимаются по вопросам, касающимся реализации права собственности на принадлежащее муниципальным образованиям имущество.

    Обычай делового оборота и общепризнанные принципы и нормы международного права как источники российского предпринимательского права

    Понятие обычая делового оборота определено в статье 5 ГК РФ.

    Обычаи делового оборота – сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе.

    Обычаи делового оборота применяются в случаях, прямо указанных в законодательстве. Отсылки к обычаям делового оборота содержатся в ряде статей ГК РФ (ст. 309, 311, 314, 315, 474 ГК РФ и др.).

    Правовой обычай создается в результате сложения двух элементов: внутреннего – то есть соблюдение сложившегося правила участниками гражданского оборота, и внешнего – то есть в результате придания обязательной силы путем прямого указания об этом в правовых нормах. Следовательно, для того, чтобы стать источником права, обычай должен быть санкционирован государством.

    Обычай делового оборота следует отличать от обыкновения. Обычай существует независимо от сторон, заключающих договор, и применяется в качестве общего правила (если стороны не договорились об ином или иное не установлено в законе); в то время как деловые обыкновения применяются, если в договоре стороны прямо договорились об этом либо если договор позволяет предположить намерение сторон руководствоваться тем или иным обыкновением. Деловое обыкновение представляет собой подразумеваемое условие договора. Если такового условия в договоре нет, обыкновение не учитывается как обязательное правило.

    Одним из видов источников российского предпринимательского права являются также общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ. В числе международных документов, регулирующих предпринимательскую деятельность можно назвать следующие:

    1. Конвенция ООН о договоре международной перевозки грузов автомобильным транспортом 1956 г.;
    2. Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи 1980 г.;
    3. Конвенция ООН о международных переводных векселях и международных простых векселях 1988 г.;
    4. Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА);
    5. Евразийская патентная конвенция 1994 г. и др.

    Вопросы соотношения международных и внутренних источников предпринимательского права решаются в соответствии с п. 4 ст. 15 Конституции РФ, ст. 7 ГК РФ: общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации имеют приоритет по отношению к нормам национального законодательства.

    Сущность и виды предпринимательских правоотношений

    Под предпринимательскими правоотношениями понимаются урегулированные нормами предпринимательского права отношения, возникающие в процессе осуществления предпринимательской деятельности, тесно с ней связанной деятельности организационно-имущественного характера, а также отношения по государственному регулированию предпринимательской деятельности.

    Предпринимательские правоотношения по их конструкции, объектам и содержанию можно классифицировать следующим образом:

    1. абсолютные вещные правоотношения;
    2. абсолютно-относительные вещные правоотношения;
    3. абсолютные правоотношения по ведению собственной хозяйственной деятельности;
    4. неимущественные предпринимательские правоотношения; хозяйственные обязательства.

    Охарактеризуем каждый из перечисленных видов предпринимательских правоотношений.

    1. Абсолютные вещные правоотношения. Абсолютным вещным правом, не корреспондирующим ни с одним конкретным субъектом, является право собственности. Право собственности дает его субъекту возможность владения, пользования и распоряжения имуществом по своему усмотрению в соответствии с законом. Оно используется для осуществления хозяйственной деятельности на базе собственного имущества государством, муниципальными образованиями, субъектами частной собственности.

    3. Абсолютные правоотношения по ведению собственной хозяйственной деятельности. Для таких правоотношений характерно, что они складываются по поводу ведения собственной деятельности, которая и выступает как объект правоотношения. У субъекта, ведущего хозяйствование по установленным законом правилам, нет конкретных обязанных лиц. Все другие субъекты обязаны считаться с возможностью ведения им предпринимательской деятельности и не препятствовать ее реализации. Если нормальное течение предпринимательства прерывается под влиянием третьих лиц или в результате нарушения установленного порядка ведения такой деятельности самим субъектом права, абсолютное правоотношение превращается в относительное. Например, если организация осуществляет свою деятельность с соблюдением норм по ведению бухгалтерского учета, представлению бухгалтерской и статистической отчетности, формированию себестоимости выпускаемой продукции по установленным правилам, складывающееся при этом правоотношение имеет конструкцию абсолютного. Если субъект нарушает установленные нормы, компетентные государственные органы могут потребовать пресечения допущенных нарушений и возмещения убытков, наступивших для государства. Правоотношение при этом трансформируется в относительное.

    4. Неимущественные предпринимательские правоотношения. Такие правоотношения складываются по поводу неимущественных благ, используемых субъектами хозяйствования в своей деятельности, таких как фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара, коммерческая тайна и др. В ходе нормальной реализации неимущественных прав складывающееся правоотношение является абсолютным. При нарушении таких прав возникает конкретное обязательство по их защите от нарушения и из неимущественного правоотношение трансформируется в имущественное. Потерпевший, защищая свои неимущественные права, может требовать от нарушителя возмещения убытков.

    5. Хозяйственные обязательства. В обязательственных правоотношениях один участник вправе требовать от другого совершения соответствующих действий. Обязанный субъект обязан их исполнить, то есть передать имущество, выполнить работы, оказать услуги. Хозяйственные обязательства подразделяются на четыре основных вида:

    • хозяйственно-управленческие, которые возникают в результате издания актов государственными органами;
    • внутрихозяйственные, которые складываются между подразделениями хозяйствующих субъектов;
    • территориально-хозяйственные отношения – отношения публичных образований между собой и с организациями;
    • оперативно-хозяйственные, которые складываются между несоподчиненными субъектами в силу предпринимательских договоров.

    Роль судебной практики в правовом регулировании отношений в сфере предпринимательской деятельности

    Известно, что в России судебная практика (точнее, судебные решения) не является официальным источником права. Судебные органы не вправе заниматься правотворческой деятельностью и издавать нормативные правовые акты. Ни Конституция РФ, ни другие федеральные законы не дают основания для иного вывода.

    В юридической литературе вопрос о правовой природе судебной практики спорен; взгляды ученых разделились на две противоположные точки зрения. Согласно одной из них (С. Н. Братусь, А Б. Венгеров, Р. З. Лившиц, И. В. Решетникова, А В. Цихоцкий, В. В. Ярков и др.) судебная практика и, прежде всего, постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ являются источниками права, в соответствии с другой (С. С. Алексеев, К. И. Комиссаров, Т. А Савельева, В. В. Лазарев, М. К. Треушников, Я. Ф. Фархгдинов) — нет. Для обоснования своих взглядов ученые приводят различные аргументы, в том числе ссылаются на опыт промышленно развитых стран.

    В качестве аргумента за признание судебной практики источником права ряд исследователей указывают на постановления Конституционного Суда РФ. Их нормативный характер проявляется в том, что, будучи принятыми по конкретным делам, они имеют общий характер и распространяются на всех субъектов, которые могут оказаться в аналогичной ситуации. Более того, такие постановления рассчитаны на многократность применения (фактически до приведения в соответствие с Конституцией РФ оспаривавшихся положений закона). Такого рода постановления обладают свойством императивности содержащихся в них норм.

    Противники данной точки зрения приводят следующие доводы. Во-первых, по их мнению, признание судебной практики источником права не вписывается в русло Конституции России о разделе властей. В силу ст. 10 Основного закона государственная власть в России осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную, а органы каждой из них самостоятельны. Во-вторых, такое признание не согласуется с характерными особенностями романо-германской правовой семьи, к которой традиционно причисляют Россию.

    И, наконец, некоторые ученые говорят о несовместимости судебного правотворчества с парламентским. С. Л. Зивс считает, что отнесение судебной практики к числу формальных источников права противоречит принципам верховенства закона и подзаконности судебной практики. Правотворческая деятельность суда умаляет значение закона.

    Для изучения различных аспектов затронутой проблемы обратимся к деятельности судебных органов промышленно развитых стран.

    Совокупность действующих в Англии, США, других странах судебных решений образует прецедентное право (case law). Однако с формальной точки зрения прецедентное право США характеризуется рядом особенностей. Одна из них заключается в том, что Верховный суд США и верховные суды штатов не связаны своими решениями. Более того, в 1938 г. Верховный суд США разъяснил, что общее право (common law) — это право отдельного штата. Что касается федерального общего права, то его, по мнению Суда, не существует. Поэтому судебные решения, принятые в одном плате, не обязательны для судов других штатов.

    Во многих странах континентальной Европы судебная практика вообще и ее форма — судебное решение в частности, официально не являются источником права. Так, Гражданский кодекс Франции (ст. 5) запрещает судьям, выносящим решения по конкретным делам, принимать общие предписания. Формально судебная практика не является источником права и в Германии, а также в ряде других европейских государств.

    Решения Федерального суда ФРГ в принципе не связывают нижестоящие суды. В рамках судебного процесса Федеральный суд вправе возвратить нижестоящему суду дела, которые являются предметом кассации. Пересмотр дела Федеральным судом ограничивается рассмотрением вопроса, правильно ли нижестоящий суд применил право.

    Итак, в тех странах романо-германской семьи правовых систем, в которых судебная практика в качестве источника не получила закрепление в законодательстве, в реальной действительности она играет важную роль. Не случайно западные юристы указывают на несоответствие между формальной оценкой судебной практики и ее действительным авторитетом. Благодаря судебной практике судьи фактически вносят многочисленные изменения в действующее право.

    Новый Гражданский кодекс РФ также содержит многочисленные нормы, в которых говорится о разумности (ст. 602, 662, 1101), разумном ведении дела (ст. 726 76), разумном сроке (ст. 314, 345, 375, 397 и др.), разумной цене (ст. 524, 738). В этих и других случаях заметно повышается роль судебного толкования. В ходе такого толкования происходит конкретизация и интерпретация норм права. Однако с формально-юридических позиций конкретизационные и интерпретационные нормы не могут выходить за пределы правовых предписаний. Но это только с формальной стороны. В действительности высшие судебные органы иногда практикуют такую конкретизацию норм права, которая позволяет говорить о появлении новой нормы. Происходит восполнение существующих пробелов в праве.

    Подводя итог в отношении судебной практики, можно в сжатом виде сформулировать следующие выводы.

    Во-вторых, в настоящее время наблюдается активный процесс сближения англосаксонской и континентальной правовых систем. При этом надо особо подчеркнуть, что речь идет не о слиянии двух систем, а лишь об их сближении. В странах общего права в связи с изданием законов и актов делегированного законодательства сужается сфера применения судебного прецедента. И, напротив, в государствах с континентальной правовой системой заметно повышается значение судебной практики в регулировании общественных отношений.

    В-третьих, официальное признание в России судебного решения в качестве самостоятельного источника права вряд ли поставит знак равенства между английским и российским прецедентным правом. На это обстоятельство указывает, в частности, опыт промышленно развитых стран континентальной Европы. В этих государствах не спешат с таким признанием, хотя судебная практика уже вышла за пределы лишь объективизированного опыта реализации права, складывающегося в результате деятельности судов по применению юридических норм.

    Решения высших судебных органов Российской Федерации хотя и приобрели некоторые характерные черты прецедентного права, но в принципе не связывают нижестоящие суды.

    Сущность судебной практики как правоприменительной деятельности состоит в принятии какого-либо решения. В результате этой деятельности судами обшей юрисдикции, арбитражными судами принимаются решения по конкретным делам. Кроме того, Верховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ информируют юридическую общественность о судебных решениях, имеющих принципиальное значение.

    Как видим, постановления пленумов обладают обязательной силой для судов. Сложнее обстоит дело с информационными письмами (обзорами судебной практики). И хотя они (письма) носят в целом информационный характер, резонно возникает вопрос: может ли судья при разрешении конкретного спора проигнорировать правило, изложенное в письме? Формально да. Но с практической точки зрения вряд ли судья осмелится на столь отчаянный шаг. В противном случае такое решение будет отменено вышестоящей судебной инстанцией.

    Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Фархутдинов Руслан Дамирович

    Правовое регулирование предпринимательской деятельности в России не должно исчерпываться только одними законами и иными норматив ными правовыми актами, где одним из средств правового регулирования предпринимательской деятельности может выступать судебная практика в форме актов выс ших судов: решений Конституционного Суда РФ, постановлений Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, информационных писем Высшего Арбитражного Суда РФ, которая в определенной мере выступает в качестве регулятора общественных отношений. В статье автор анализирует судебные акты высших судов, при этом акцентирует внимание на судебной практике в области применения института саморегулируемых организаций.

    Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Фархутдинов Руслан Дамирович,

    The Role of Judicial Practice in Legal Regulation of Entrepreneurial Activities

    Legal regulation of entrepreneurial activities in Russia should not be limited only by laws and other legal acts, where one of the means of legal regulation is judicial practice in the form of acts of senior courts: decisions of Constitutional Court of the Russian Federation, decrees of Plenums of Supreme Court of the Russian Federation and Supreme Arbitration Court of the Russian Federation, information letters of Supreme Arbitration Court of the Russian Federation that to some extent are the regulators of social relations. The author analyzes judicial acts of senior courts, focusing the attention on judicial practice within the boundaries of institution of self-regulatory organizations.

    Вестник экономики, права и социологии, 2011, № 4

    Роль судебной практики в правовом регулировании предпринимательской деятельности

    Правовое регулирование предпринимательской деятельности в России не должно исчерпываться только одними законами и иными нормативными правовыми актами, где одним из средств правового регулирования предпринимательской деятельности может выступать судебная практика в форме актов высших судов: решений Конституционного Суда РФ, постановлений Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, информационных писем Высшего Арбитражного Суда РФ, которая в определенной мере выступает в качестве регулятора общественных отношений. В статье автор анализирует судебные акты высших судов, при этом акцентирует внимание на судебной практике в области применения института саморегулируемых организаций.

    Ключевые слова: влияние судебной практики, правовое регулирования предпринимательской деятельности, прецедентное право.

    В настоящее время в правовом регулировании предпринимательской деятельности складывается ситуация, когда мнение суда, изложенное в судебном акте, априори имеет для субъектов таких правоотношений основополагающее значение.

    Основываясь на мнении, изложенном в судебном акте, стороны используют токование, указанное в нем как руководство к действию, применяя такое толкование на практике как возможность влияния на правовое регулирование предпринимательской деятельности.

    Предпринимательская деятельность, по мнению В.Ф. Яковлева1, подвергается регулированию посредством судебной практики высших судов в форме постановлений и определений Конституционного Суда РФ, постановлений Пленумов высших судебных инстанций по вопросам судебной практики, информационных писем Высшего Арбитражного Суда РФ, когда судебные толкования выступают как результат судебной деятельности высших судебных инстанций.

    Рассматривая вопрос влияния судебной практики на правовое регулирование предпринимательской

    1 В.Ф. Яковлев — доктор юридических наук, профессор, Председатель Высшего Арбитражного Суда РФ, член-корреспондент РАН.

    деятельности, Н.А. Рогожин полагает необходимым обратиться к выяснению осуществляемых судебной властью функций, которые как раз и характеризуют значение судебной практики в регулировании общественных отношений, в том числе в экономической сфере [1].

    Так, по его мнению, функции судебной власти закреплены законодательно, и в первую очередь в Конституции РФ:

    1. Основной функцией судебной власти является осуществление правосудия при разрешении социально-правовых конфликтов посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ст. 118 Конституции РФ) [2].

    2. Конституционный контроль нормативных актов, официальное толкование Конституционным Судом РФ Конституции РФ и дача высшими судебными инстанциями разъяснений по вопросам судебной практики (ст.ст. 125, 126, 127 Конституции РФ) [2].

    Далее попытаемся проанализировать влияние судебных акта Конституционного Суда РФ и ВАС РФ на правовое регулирования предпринимательской деятельности с учетом СРО, для выявления критериев соотношения публично-правовых и частноправовых механизмов.

    Вестник экономики, права и социологии, 2011, № 4

    В настоящее время в соответствии с действующим арбитражно-процессуальным и судебным законодательствами определены границы и пределы судебного правотворчества.

    Так, разъяснения, изложенные в постановлениях Пленумов высших судебных инстанций по вопросам применения законодательства, имеют вспомогательное значение по отношению к закону и не имеют приоритета над законом, в связи с чем, должны осуществлять только дополнительное правовое регулирование. Судебные акты высших судебных инстанций должны конкретизировать и детализировать нормы закона, ни в коем случае не подменять собой действующую норму закона.

    Иной целью можно назвать урегулирование конфликтов в отношениях при наличии противоречий между нормами и отсутствии справедливого баланса между публичными и частными интересами, а также обозначение необходимости создания новой нормы права или изменения действующей.

    Поскольку конституционные (уставные) суды, являясь судами субъектов Федерации, входят в единую судебную систему, для них решения Конституционного Суда РФ также обязательны к исполнению.

    В реалии это означает, что достижение баланса интересов в результате законотворческой и правоприменительной деятельности задача весьма непростая, граница между сферами частного и публичного интересов подвижна и устанавливается законодателем, установление границ государственного регулирования составляет проблему сочетания (обеспечения) баланса частного и публичного интересов в любой сфере жизни общества.

    С учетом поставленной цели исследования целесообразно уточнить, что Конституционный Суд РФ еще в 1998 г. подтвердил допустимость делегирования государственных полномочий негосударственным организациям: «Конституция РФ не запрещает государству передавать отдельные полномочия ис-

    Не соглашаясь с мнением отношения деятельности оценщика к публичному характеру, он полагает, что деятельность Оценщика осуществляется целиком в гражданско-правовом поле. Оценщик заключает договор об оценке с заказчиком (физическим или юридическим лицом) и имеет перед Заказчиком вытекающие из такого договора права и обязанности.

    Данная позиция ВАС РФ, по его мнению, никак не согласуется с представлением о том, что деятельность Оценщика носит публичный характер. Оценка имущества не является сделкой в отношении данного имущества и потому, сама по себе, в принципе не может нарушить охраняемых законом интересов сторон. Если же иметь в виду лишь социальную значимость деятельности оценщика, то, очевидно, что такая значимость присуща подавляющему большинству профессий и никак не соотносится с

    Вестник экономики, права и социологии, 2011, № 4

    Аналогичная правовая позиция применительно к саморегулируемым организациям арбитражных управляющих изложена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2005 г. № 12-П [8].

    Следовательно, можно сделать вывод, что саморегулируемая организация обладает определенными признаками, присущими автономным публичноправовыми субъектам. При этом можно выделить признаки публичного механизма правового регулирования, такие как — нормотворческие, исполнительно-распорядительные, контрольные.

    В создании саморегулируемых организаций проявляется конституционная цель — реализация права на участие в управлении делами государства (ст. 32 Конституции РФ) [9].

    Как указывалось в работе ранее, на саморегулируемые организации государство перекладывает часть своих публично-правовых функций.

    Таким образом, Конституционный Суд РФ выделил следующие критерии, присущие СРО: регистрация как некоммерческих организаций и включение в Единый государственный реестр саморегулируемых организаций с публичными полномочиями как нормотворческие, исполнительно-распорядительные, контрольные.

    В связи с чем, мы определяем, что создание СРО и обязательное вступление всех членов данных профессиональных групп в данный правовой институт, носит обязательных характер, не противоречит конституции РФ, а также необходим для становления гражданского общества начал самоуправления и автономии в экономической сфере России.

    4. Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного суда России. — М.: Городец; Формула права, 2003. — 528 с

    5. Постановление Конституционного Суда РФ от

    19 декабря 2005 г. «По делу о проверке конституционности абзаца восьмого пункта 1 статьи

    Вестник экономики, права и социологии, 2011, № 4

    9. Васильева Ю. Под грифом банкротства // Российская Бизнес-газета. — 2009. — №7l5 (31).

    The Role of Judicial Practice in Legal Regulation of Entrepreneurial Activities

    Legal regulation of entrepreneurial activities in Russia should not be limited only by laws and other legal acts, where one of the means of legal regulation is judicial practice in the form of acts of senior

    courts: decisions of Constitutional Court of the Russian Federation, decrees of Plenums of Supreme Court of the Russian Federation and Supreme Arbitration Court of the Russian Federation, information letters of Supreme Arbitration Court of the Russian Federation that to some extent are the regulators of social relations. The author analyzes judicial acts of senior courts, focusing the attention on judicial practice within the boundaries of institution of self-regulatory organizations.

    Key words: impact of judicial practice, legal regulation of entrepreneurial activities, precedent case.

    Источники:
    http://be5.biz/pravo/p007/2.html
    http://isfic.info/kommers/pred14.htm
    http://cyberleninka.ru/article/n/rol-sudebnoy-praktiki-v-pravovom-regulirovanii-predprinimatelskoy-deyatelnosti

    Читайте также:
    Adblock
    detector